Маги за кулисами политики
Реальные политические лидеры и первые лица государств 1980-х в этом мире остаются такими же, какими были в реальной истории, — сеттинг не приписывает им скрытую магическую (или подчёркнуто немагическую) природу. Вместо этого мир населяют вымышленные маги из их окружения — советники, эксперты и голос магического сообщества при реальных правительствах. Это конкретное, персонифицированное воплощение общего правила мира: отдельные маги успешно занимают государственные посты, обычно обрывая официальные связи с Коллегией (см. «Магия и общество»).
Эдмунд Кавендиш — советник премьер-министра Великобритании по магическим вопросам
- Должность. Официальная, но полуоткрытая позиция при аппарате премьер-министра. Не секрет — большинство британцев в курсе, что такая должность вообще существует, — но и не тема, которую подсвечивают в прессе: мало кто может навскидку назвать имя её нынешнего обладателя.
- Происхождение и образование. Выпускник факультета международных отношений Королевской Академии Магии. Из старой, хотя и не самой громкой аристократической магической семьи; политика была его собственным осознанным выбором ещё со студенчества.
- Дар. Иллюзии — специализация, удачно ложащаяся на профессию: Кавендиш мастерски работает с восприятием и подачей, что одинаково полезно и на переговорах за закрытыми дверями, и в редких случаях публичной коммуникации.
- Связь с Коллегией. Официально порвал связи с Коллегией при вступлении в должность — общается с ней исключительно неформально, через старые связи и репутацию, а не как её представитель.
- Круг задач. Консультирует по всему, что находится на стыке государства и магического сообщества: политика Коллегии, магическая безопасность и контрразведка (см. «Магическая разведка»), громкие магические преступления и происшествия, отношения с Ирландским Университетом Магии и другими странами по магической линии.
- Характер и стиль работы. Прагматичный, осторожный, прекрасно чувствует, когда лучше промолчать. Не идеолог и не трибун, никак не связан с Тёмным Орденом и сознательно держится подальше от этой темы.
- Значение для центрального конфликта. Сам факт его существования на такой должности — живой аргумент для амбициозного крыла выпускников Академии (см. «Центральный сюжетный конфликт»): раз один маг уже полуоткрыто советует премьер-министру, почему бы магам не пойти дальше и не участвовать в политике открыто и на равных.
- Возможная связь с Академией. Мог быть знаком с Уильямом Шепардом — оба выпускники факультета международных отношений Королевской Академии.
Гаррет Кросби — координатор по магическим вопросам в разведывательном сообществе США
- Должность. В отличие от Кавендиша, никакой публичной, официально названной позиции нет. Кросби формально числится старшим сотрудником специализированного магического подразделения внутри ЦРУ и фактически руководит им; по мере надобности выходит на неформальный, нигде не задокументированный канал связи с Советом национальной безопасности и через него — с администрацией. О существовании такой функции знает лишь узкий круг внутри правительства и разведывательного сообщества — рядовой американец даже не подозревает о её существовании. Это отражение общей культуры американских спецслужб — секретность как норма, а не исключение.
- Происхождение и образование. Родился в простой, немагической семье; дар проявился спонтанно в детстве. Прошёл обязательную школу для юных магов, а затем поступил в Нью-Йоркскую школу волшебства по итогам вступительных экзаменов и как один из стипендиатов, отмеченных за успехи в учёбе, — меритократический путь.
- Дар. Силовая, откровенно боевая магия — прямое концентрированное силовое воздействие, без изящества и тонкой работы с восприятием. Инструмент подавления и защиты, а не убеждения.
- Путь к нынешней должности. Начинал не за письменным столом, а в поле: служил магом-военнослужащим в спецназовских и разведывательных операциях, в том числе в реальных вооружённых конфликтах Холодной войны на азиатском театре. После многих лет оперативной работы постепенно перешёл на аналитическо-координационную роль внутри агентства, а затем — в неформальные советники по магическим вопросам для более высоких кабинетов. Возможно (хотя и не подтверждено), что его военная служба по времени и региону пересекалась со службой Джеймса
Тоунса.Тоунса. - Связь с Коллегией. Официально порвал связи с Коллегией — в его случае это было почти формальностью, поскольку многолетняя оперативная служба и так давно увела его из орбиты Коллегии в практическом смысле.
- Круг задач. Вербовка, подготовка и кураторство магов-агентов внутри разведывательного сообщества; оценка магических угроз со стороны других блоков; контрмеры против чужой магической разведки; в критических случаях — прямое информирование администрации о магической стороне того или иного кризиса.
- Характер и стиль работы. Замкнутый, настороженный, привыкший держаться в тени как по профессиональной привычке, так и по личному темпераменту, закалённому годами полевой службы. Комфортнее чувствует себя, отдавая приказы и решая вопросы силой или прямым действием, чем ведя переговоры.
- Значение для центрального конфликта. Даёт зеркальный, куда менее обнадёживающий ответ на тот же вопрос, что поднимает существование Кавендиша: пока британская модель показывает мага, полуоткрыто советующего премьер-министру, американская демонстрирует полную, глубокую интеграцию мага во власть при полном отсутствии публичности — куда более тревожный пример того, к чему на самом деле ведёт сближение магов с государственной властью.
Григорий Соколов — образцовый маг Советского Союза, стратегический советник при высшем руководстве
- Должность. Публичная фигура, вокруг которой выстроен целый пропагандистский образ: официально прославленный маг-герой, регулярно фигурирующий в советской прессе и на международных площадках как живое воплощение того, каким должен быть советский маг — служащий не себе, а общему делу. За этой витриной стоит куда менее афишируемая реальная функция: неформальный стратегический советник при высшем руководстве страны, к чьему мнению прислушиваются там, где нужен холодный, просчитанный анализ, а не идеология.
- Происхождение и образование. Родился в самой обычной, немагической семье — живое воплощение официальной советской идеи о том, что путь наверх открыт любому таланту вне зависимости от происхождения. Окончил Главную Советскую Коммуну Волшебников с отличием, что и стало отправной точкой его публичной карьеры символа системы.
- Дар. Способен резко усиливать собственные когнитивные способности — скорость и глубину анализа, стратегическое мышление — ценой инвеституры: чем сложнее и масштабнее задача, тем больше сил это требует. Он не воин и не переговорщик, а расчётчик и планировщик.
- Связь с Коллегией. Официально порвал связи с Коллегией, приняв нынешнюю роль, — та же линия, что и у западных коллег по функции. Происходит это несколько демонстративнее, чем на Западе: публичный разрыв с наднациональной структурой хорошо ложится в советскую риторику независимости от буржуазных международных институтов.
- Личная история и мотивация. Ещё в молодости его семья была убита людьми, которых он считает членами Тёмного Ордена, — за отказ сотрудничать с вербовщиками; сам он единственный, кто выжил той ночью. Юридических доказательств причастности Ордена у него нет и никогда не было — только личная, непоколебимая уверенность; официально дело так и не раскрыто. Годами, неофициально и в основном в одиночку, Соколов пытается выявлять и выкорчёвывать присутствие Ордена на территории СССР, используя своё положение и доступ, — но не имея возможности открыто заявить, против кого на самом деле ведёт эту войну.
- Круг задач. Публично — лицо советской магии: выступления, встречи с молодыми магами, представление СССР на международных площадках (в том числе в нейтральном Ирландском Университете Магии). Неофициально — стратегический анализ для высшего руководства по вопросам, где нужен точный расчёт, включая магическую разведку и оценку угроз; параллельно — собственное, никем не санкционированное расследование орденского присутствия внутри страны.
- Характер и стиль работы. Внешне — образцовый, уверенный, безупречно соответствующий отведённой ему пропагандистской роли. Внутри — куда более холодный и одержимый человек, чем кажется публике: аналитический дар и личная травма слились у него в одну и ту же рабочую привычку — просчитывать всё наперёд, никому полностью не доверяя. Единственная область, где расчёт ему изменяет, — Орден: там им движет не холодная стратегия, а тщательно скрываемая даже от самого себя личная одержимость.
- Значение для центрального конфликта. Даёт третий, непохожий на британский и американский, ответ на вопрос о месте магов у власти: не полуоткрытый советник и не невидимый оперативник, а сознательно выстроенный публичный символ, за декоративной функцией которого прячется реальная власть.